Таможня как ОПГ

Несколько лет в Приморье существовала преступная группа, покрываемая руководящими членами Дальневосточной таможни, и для отвлечения оперативных сил возникали уголовные дела по придуманным мотивам в отношении других компаний. Участники внешнеэкономической деятельности, попавшие под этот репрессивный пресс, теперь ждут перезагрузки, сообщает деловая газета «Конкурент».

Почти два месяца прошло с момента задержания силовыми структурами первого заместителя начальника Дальневосточного таможенного управления ФТС России Сергея Федорова, который, по сообщению Следственного комитета, принимал участие в создании устойчивого контрабандного канала на территории Приморского края. После этого события часть ответов на вопросы так и не прозвучала. А участники ВЭД между тем мучительно прогнозируют, смогут ли дальневосточные таможенники сделать «правильные» выводы и настроиться на будущую работу с ними в соответствии с приоритетами государства.

Пока дать точный прогноз сложно. До сих пор не совсем понятно, почему огромную серую зону упорно не замечали в управлении ДВТУ и рядовые сотрудники таможенного поста. Возможно, ответ на этот вопрос частично дадут следователи, которые, безусловно, определят весь круг задействованных в коррупции фигурантов. Но любой системный аналитик понимает, дело не в Федорове. Сбой дала сама система внутри управления ДВТУ, которая, видимо, давно «буксует» и нуждается в тотальной реформе.

По словам источников, ничего нового в коррупционном поведении сотрудников Дальневосточной таможни нет. Федоров просто возродил коррупционную схему, существовавшую в Приморье в начале века. Использовали тот же прием: в контейнерах за ширмой из стройматериалов прятали ценные вещи, которые не декларировались. В те годы ежемесячно один лишь порт Восточный приносил контрабандистам $30-50 млн чистой прибыли, в Москву отправлялось $2 млн.

Федоров внес «новизну» в эти дела, наладил систему зачастую противоправного возбуждения уголовных дел, отвлекая на это оперативные силы таможни. Как признаются в неформальных беседах сами таможенники, информация о том, что в нескольких километрах от офиса ДВТУ действовала серая схема, периодически просачивалась в корпоративной среде ВЭД. Ведь сотни контейнеров заходили в Россию не тайком ночью на безлюдном участке границы, а по документам, в которые глядели десятки инспекторов и прочих специалистов таможенного дела.

При этом есть в структуре ДВТУ оперативная таможня и подразделение собственной безопасности, которое имеет агентуру среди участников ВЭД и, что самое главное, в среде своих коллег. Именно эта структура и должна была выявить факт того, что в центре Владивостока ЗАО «Дальзавод-Терминал» безбоязненно возило шубы и прочий ширпотреб под видом стройматериалов.

С задержания главы ЗАО «Дальзавод-Терминал» Родиона Тихонова начало раскручиваться и дело против «верхов» ДВТУ. Официальное сообщение, несмотря на свою сухость, довольно точно характеризует политику задержанного таможенника в отношении бизнеса. «По версии следствия, Федоров в период с декабря 2015 г. по октябрь 2017 г. на систематической основе получал взятки в общем размере не менее 26 млн руб. и $150 тыс. от Родиона Тихонова за общее покровительство коммерческой деятельности его компании ЗАО «Дальзавод-Терминал». Федоров оказывал полное содействие в организации работы Дальневосточного таможенного управления ФТС России в пользу ЗАО «Дальзавод-Терминал», а также в разрешении любых проблемных вопросов с сотрудниками таможенного органа при ввозе товаров народного потребления на таможенную территорию Таможенного союза», — сообщил СК.

Что же позволяло первому замруководителя ДВТУ несколько лет «отстраивать» своих подчиненных на полное содействие для работы с бизнесом в серой зоне и при этом гарантировать разрешение любых проблемных вопросов с сотрудниками таможенного органа при ввозе товаров народного потребления на таможенную территорию Таможенного союза? По всей видимости, только уверенность в том, что вся машина государственного контроля либо в теме, либо будет занята чем-то особенно «важным и неотложным». Тотальной межведомственной коррупции в России уже давно нет, а вот конкуренция по выявлению коррупционеров среди ведомств правоохранительного блока — не менее ожесточенная, чем конкуренция за рынки в бизнес-среде. Схема отвлечения внимания — это классика жанра, тем более если в регионе идет постоянная кампания по декриминализации экономики.

Приморью, как утопленнику, везет с «декриминализацией». Частая смена представителей исполнительной власти не идет на пользу экономике региона. Поиск врагов не только порой напоминает охоту на ведьм — он настолько плотно вошел во взаимоотношения властей и бизнеса, что на содержание термина «декриминализация» уже давно не обращается внимания. Его активно эксплуатируют все кому не лень, особенно когда нужно навести тень на плетень, и не нужно особо объяснять обществу, кто и в чем виноват в конкретной ситуации.

Именно с приходом таможенника Федорова в 2014 г. началась кампания по таможенной «декриминализации». С 2015 г. по 2017 г. пресс-релизы ДВТУ просто взорвали информационное пространство о выявленных каналах контрабанды, о десятках миллионах недоплаченных таможенных платежей со стороны предприятий, которые десятки лет работают в экономике своих регионов и к которым ранее никаких вопросов не было. В том, что информационная канонада была отвлекающим маневром, сомнений нет. Большинство резонансных дел пришлись на лесной и рыбопромышленный комплекс. Это отрасли-лидеры по финансовой отдаче и обороту средств. Причем работа пресс-службой таможни искусственно подсвечивалась возбуждением уголовных дел, даже в тех случаях, где, казалось бы, уголовного преследования и быть не может.

Как показывает анализ, в основу возбуждения большинства резонансных дел легли гражданские взаимоотношения между субъектами бизнеса и таможенным органом. «Уголовка» заводилась даже по уже выигранным в судах делам по определению таможенной стоимости или фактам декларирования стоимости товаров и услуг. При этом Арбитражный суд Приморского края практически был частично парализован сотнями исков подобной тематики, в которых бизнес пытался отстоять свои права.

Но эти системные провалы не были должным образом интерпретированы ни руководством ФТС, ни руководителями правоохранительных структур; несмотря на жалобы и обращения местного бизнеса, все они игнорировались. Причем силовики оказались в непростой ситуации, когда определить суть и истинное содержание «аргументов» таможенной службы не всегда возможно с ходу. Ведь они заходят на подобные уголовные дела, как правило, по рапортам событий преступлений, и разобраться в сложнейших клубках экономической деятельности производства продукции, ее реализации, тонкостях отраслевого законодательства с сотнями своеобразных трактовок действий и правоприменения отдельных статьей ТК оперативникам действительно очень сложно.

Но именно силовой блок в дальнейшем и раскрывает подробности этой «таможенной декриминализации». Оказывается, что в ряде дел искусственно была раздута «криминальная» значимость и масштабность банальных экономических процессов. Но факт остается фактом: в течение нескольких лет силы и средства оперативного состава были максимально задействованы на борьбу с мнимыми преступниками, в то время как сама таможня в лице первого заместителя Федорова покрывала вскрытые преступления.

Руководитель ДВТУ Юрий Ладыгин также не реагировал на сигналы неправомочной возможной коррупции при открытии уголовных дел. Теперь, когда контуры отвлекающих маневров стали четко прорисовываться, возможно, процессы тотальной «дискриминализации» участников ВЭД перерастут в нормальный рабочий процесс взаимоотношений таможенных чиновников и бизнеса. Причем бизнесу не нужны не предусмотренные нормативной базой послабления контрольно-надзорной деятельности. Бизнес ждет, что на самом высоком уровне таможенные чиновники перестанут выдавать белое за черное, а черное за белое.